В начало раздела - Это интересно

Григорий Распутин умел врачевать безнадежных больных и утешать истерических женщин. Еще при жизни его образ стал обрастать легендами, так что правду от навета отделить теперь невозможно. Говорили, что он каждый день балуется с дамами и пьет водку ведрами. На самом деле Распутин водку не пил совсем, предпочитая мадеру. А вот кутежи действительно любил.

Уха с мадерой

Что Распутин действительно любил, так это уху. Он с аппетитом вкушал любую: раковую, карасевую, сборную, налимью, стерляжью, холодную щучину… Однако вкуснее той, что он сам готовил на берегах родной Туры, попробовать не довелось. Чтобы получить ароматный, как цветущий луг, бульон (основу всякой ухи), мало соединить рыбу различных пород: надо бросить ее в котел живой, не оскабливая, сохраняя драгоценную слизь для навара. В столице он пристрастился к рыбам благородных пород – осетрине, белуге, стерляди. Распутин вообще ел исключительно рыбные блюда, мяса в рот не брал. (Вызвано это было не только убеждениями, но и бытовыми причинами: от зубов у него оставались одни корешки). Чаще всего отец Григорий ел руками, неопрятно, просыпая крошки на бороду. Приборами, за исключением ложки, не пользовался, считая их ненужными. «Еду Бог дает, что ж ее тыкать», – говорил он, откладывая вилку в сторону. Гостям за столом он раздавал кушанья руками, но делал так не от некультурности, а потому, что полагал церемонией: Спаситель руками хлебы делил и голодных одаривал. Мадеры выпивал до шести литров за обед. Журнал «Наша пища» в 1891 г. писал, что «мадера после ухи вполне уместна, особенно если это не в России сделанная мадера, а настоящая с острова Мадейры». Лучшим российским сортом считалась мадера «Массандра»; Распутин предпочитал янтарную «Сахру» с привкусом каленого орешка. До 1913 г. он совсем не употреблял спиртного; по праздникам мог выпить немного красного вина, каким обычно угощают странников в монастырях. Вовлекли старца в пьянство дельцы, желавшие получить через него военные подряды, ведь без выпивки никакое дело в России не делается.

Мария Некрасова, журнал "Гастрономъ"